Новости

Александр Емельяненко: «В этом письме Федор наконец показал все свое нутро»

Александр Емельяненко: «В этом письме Федор наконец показал все свое нутро»

Публичный конфликт между братьями начинает набирать обороты. Российский тяжеловес Александр Емельяненко не оставил без ответа реакцию Федора Емельяненко на свое последнее интервью, опубликованное в «Советском спорте».


- Удивлены реакцией Федора на ваше интервью?

- Абсолютно не удивлен, в том-то и дело. Меня оно даже порадовало. В этом своем письме он наконец показал всю свою сущность, все свое нутро, и все увидели, что дерьма в этом человеке больше, чем он весит.

А само письмо мне напомнило мультфильм «Простоквашино». Помните персонажей оттуда? Кот помойный, пес облезлый и дядя Федор писали письмо родителям из деревни. Вот его обращение примерно из этой серии. Ничего нового он про меня не сказал. Ничего такого, что могло бы кого-то шокировать или удивить, он тоже не представил.

Обозвал меня Иудой. Если я Иуда, а он тогда кто? Иисус Христос?

Раз уж мы решили общаться через «Советский спорт», то я могу сказать: мне есть, что ему ответить, и много чего про него мне известно. Но я считаю ниже своего достоинства лить на него грязь. Я знаю про него столько, сколько он о себе не знает. Про студенческие его годы, например, про армейскую его службу, но я про это молчу.

Если ты косишь под праведника, так придерживайся этого, чтобы нимб над твоей головой не тускнел.

- Давайте разберем письмо Федора по пунктам. Он считает, что ваша критика в адрес Вадима Финкельштейна необоснованная. Что скажете на это?

- Ничего особого для меня он не сделал. У Вадима не было версии боев и ему надо было раскручивать М-1. Когда он сам пытался организовывать бои, он даже аренду зала не смог отбить.

При мне у него были битком забитые стадионы. Финкельштейн, наверное, забыл, как я его познакомил с Президентом Ингушетии Юнус-Беком Евкуровым. Я дрался в Питере и пригласил Евкурова. Юнус-беку это понравилось, и он решил проводить бои у себя. И уже в следующем году в Ингушетии пришло 20 тысяч человек, хотя изначально рассчитывали на 5 тысяч. И я помню, как дорогу перекрыли в городе. Все потому, что мое участие вызвало большой ажиотаж. После этого, турнир стал проводиться ежегодно. И Финкельштейн только на одном этом мероприятии отбил все деньги, которые в меня вкладывал.

То, что брат пишет о моей поездке в Голландию... Так я туда ездил готовить Федю как его спарринг-партнер.

- Ваш брат просил больше не называть его «Федей», для вас он «Федор» …

- Ага, конечно, дядя Федор. Он слишком высокого мнения о себе, заоблачного. Пора бы ему спуститься на землю и начать ходить по ней.

- В моем интервью вы говорили, что у вас не было тренера. Почему брат в письме упрекнул вас в этом?

- Не было. То, что он там за них вступается, за Воронова. Не хочу омрачать тренерский состав. Просто через «Советский спорт» передаю привет Мичкову и Воронову. Они прекрасно понимают ситуацию.

Когда Федя дрался с Монсоном, мы тогда ездили тренироваться в Голландию. И приехал тренерский состав, тоже голландский, не помню уже конкретных имен. Сидели мы, значит, в раздевалке, и тут зашли как раз Воронов с Мичковым. Федя сидит разогретый и говорит мне: «Слушай, подойди скажи Воронову и Мичкову, пусть уходят, не хочу, чтобы они меня выводили». Я подхожу к Воронову и обращаюсь: «Михалыч, извини, но Федя хочет, чтобы его вывели голландские тренеры, он не хочет, чтобы вы в этом участвовали». Воронов все понял сказал: «ну ладно, я все понял…». Но Федор на этом не успокоился, опять мне говорит: «Саша, скажи, чтобы они ушли отсюда вовсе…». И «Михалыч» это помнит, а тут оказывается Федя заступником их стал. Тренеры у него видите ли появились, души он в них не чает.

- Федор упоминал, что вы никогда не были дзюдоистом и не были мастером спорта по дзюдо…

- Норматив мастера спорта по дзюдо я выполнил в 16 лет. Когда проводились соревнования в Курске, мы поехали впятером. Я, три пацана и Федя. Когда мы там очутились, Федя с одним из товарищей пропал. Я знаю, где они были, просто не хочу говорить. Появились они через три дня. Мы обратно сели и уехали.

Федя, между прочим, молчит о том, что после Китая мне должны были вручить заслуженного мастера спорта, потому что я выиграл фестиваль боевых искусств, который по своему масштабу приравнивается к Олимпийским играм. А он об этом нигде не сказал и нигде не заявил.

Если ты говоришь «а», тогда говори и «б». А он мониторит интернет, говорит всякие гадости. Мусор собирает.

- Вам помогали близкие, когда вы в первый раз попали в тюрьму?

- Никаких его друзей рядом тогда не было. Приезжал один товарищ, и то он брал деньги у моей мамы. Ехал, что-то там покупал за ее счет. И все.

- Как прокомментируете то, что он пишет о бое с Крокопом?

- Бой с Филиповичем мне абсолютно был не нужен, я уже говорил об этом в предыдущем интервью. Спросите у Финкельштейна. Даже он подтвердит, что на тот момент Федя был не готов с ним драться.

Когда он готовился к бою с хорватом, он уехал в Голландию. Ни Воронов, ни Мичков его не готовили. К той схватке его готовил специалист из Нидерландов. Я там какое-то время с ним был, Зенцов и так далее. Ну, собственно, мы его и подготовили, оттянули этот бой.

Что касается тренировочного режима, о котором он говорит... Я и не спорю, что нарушал его. Пусть он за себя расскажет. Ему бы молчать лучше. Мне тоже есть что вспомнить.

Он думает, что в этом письме, он что-то новое про меня поведал миру? Он наконец свое лицо истинное показал.

- В интервью вы нелестно высказались о США. Федор в письме говорит, что его команду всегда хорошо там принимали…

- Если он не в курсе, как американцы к нам относятся, то пусть включит телевизор, послушает новости и услышит, что говорит наш президент на эту тему.

Федору надо не только себе под ноги смотреть, но и на тех, кто его окружает. А так, конечно, его везде всегда хорошо принимали. По поводу того, что он, работая в Америке, платит налоги в России... Понимаете, какая штука: у нас есть страны, с которыми существуют соглашения по поводу налогообложения. Вот, к примеру, с Японией. Когда мы там дрались, то налоги не платили. И японская сторона выплачивала за нас России.

А с Америкой такого соглашения нет и не было никогда. Поэтому как там он платит, неизвестно, и что здесь у него происходит - тоже не знаю.

О Фединых «друзьях» я тоже много чего могу сказать. Когда я назвал их «подхалимами», это я еще смягчил. Дело в том, что есть пара шпионов среди его окружения, друзья его так называемые, которые души в нем не чают. Они с ним посидят там в застолье, в дружбе поклянутся, а потом перезванивают мне и все рассказывают про Федю, про его похождения.

Если ему не нравится, как я их называю, то пусть тогда другие дадут оценку продажным людям. Просто надо называть вещи своими именами. Это я им еще комплимент сделал, назвав их «подхалимами». Пусть он смотрит, кем он себя окружает. Скажи, кто твой друг, я скажу, кто ты. А обижается пусть на себя.

Ну написал письмо и ладно. Лишь бы он успокоился наконец. Главное, чтобы домой не тащил весь этот негатив и чтобы на семье не отражалось. А про меня ничего нового он не сказал.

- Ваш брат также упомянул о конфликте с Харитоновым, что он якобы не просил вступаться за него…

- Ну вот он так и сидит постоянно, отмалчивается. В камышах что-нибудь квакнет и опять туда же спрячется.

Я не понимаю, зачем он написал, что в первый и последний раз ко мне обращается. Клоунаду устроил. Если ты так недоволен, ну возьми набери мне, поговорим по телефону. Номер мой у него есть. Если нет, пусть у мамы возьмет. И я ему скажу: «Федя, лучше молчи, всему есть предел, потому что, Феденька, мне есть что за тебя рассказать, и немало…».

- Что конкретно вы имеете в виду, когда говорите, что можете о нем многое рассказать?

- Он знает прекрасно, пусть он мне наберет, я ему отвечу.

- Родителям наверняка неприятно наблюдать, как два брата ссорятся?

- Я с ним не ссорился, о нем я ничего плохого не сказал. Наоборот, рассказывал раньше про культ старшего брата. Хотя этот культ давно закончился. Поэтому и обращаюсь к нему, чтобы держал язык за зубами и думал головой.

- Младший брат не пытался помирить вас каким-то образом?

- Ваня общается со мной, с Федей он контактов не поддерживает, потому что Федя сам не хочет с ним говорить.

- Вы теперь бьетесь за клуб "Ахмат". Как Рамзан Кадыров относится к вашему конфликту с братом?

- В моем клубе все прекрасно понимают. Рамзану Ахматовичу про Федора все уже давно ясно. Они просили меня не вступать в эту перепалку. Но я особо и не говорю ничего, мне просто нужно дать пояснения на его письмо. Иначе люди будут думать, что он прав, а я все по полочкам разложил, дал пояснения на его письмо из Простоквашино. 

Источник: Советский спорт



Комментарии

Похожие материалы

Мэтт Митрион открылся фаворитом Гран-При тяжеловесов Bellator

Нояб 19, 2017

Рампейдж Джексон не хочет драться с Челом Сонненом и Федором Емельяненко

Нояб 15, 2017

Федор Емельяненко: «Даст Бог, в Гран-При Bellator у меня будет три соперника»

Нояб 14, 2017

Федор Емельяненко встретится с Фрэнком Миром

Нояб 11, 2017
Баннер